История

Одним из прототипов Штирлица мог быть Лев Ефимович Маневич




Легендарный разведчик Штирлиц, он же Максим Исаев, он же Всеволод Владимиров, навсегда стал элементом отечественного культурного кода. Герой произведений писателя Юлиана Семёнова полюбился многим нашим согражданам по книгам, но особенно по знаменитому телесериалу «Семнадцать мгновений весны». Народный герой является персонажем вымышленным, но при его создании Юлиан Семёнов вдохновлялся многими советскими разведчиками-нелегалами. Среди них вполне мог оказаться и Лев Ефимович Маневич, который длительное время успешно работал в Европе под вымышленным именем австрийского предпринимателя Конрада Кертнера. Маневич не был обделен вниманием со стороны советских литераторов. Как говорил Константин Симонов, известность приходит к разведчикам посмертно. Так произошло с Зорге, так случилось и с Маневичем. О данном советском разведчике был написан роман советского писателя-фронтовика Евгения Воробьева «Земля до востребования», по которому в 1972 году был снят одноименный художественный фильм. Необычное детство Льва Маневича
Лев Ефимович Маневич родился 20 августа 1898 года в небольшом городе Чаусы Могилёвской губернии. Будущий разведчик происходил из небогатой семьи мелкого еврейского служащего. В те годы Гомель, Могилёв и Бобруйск составляли своеобразный белорусский пояс оседлости. В Российской империи с 1791 по 1917 год так называлась географическая граница территории, за которой не могли постоянно проживать евреи, за исключением ряда категорий, которые постоянно менялись. Такая несправедливость и ущемление в гражданских правах стали причиной большого распространения революционных идей именно среди еврейского населения Российской империи. Именно из небольших местечек и городов за пределами черты оседлости вышло потом большое количество известных революционеров, политических деятелей. Старший брат Льва Маневича, Яков, не стал исключением. Он проникся революционными идеями, которые витали в обществе в начале XX века. С молодых лет принимал участие в революционной деятельности и вступил в РСДРП(б). В 1905 году во время службы в армии Яков был арестован за хранение в казарме оружия, большевистских прокламаций и взрывчатки. Отделался он сравнительно легко: его отправили на исправление в дисциплинарную часть на территории Бобруйской крепости. Здесь Яков Маневич принял участие в восстании батальона 22 ноября 1905 года. Позднее 13 восставших приговорят к смерти, а остальных участников к каторжным работам.
Якову Маневичу повезло, товарищи не оставили его в беде. Боевая группа освободила Якова, после чего он сумел выбраться за границу, сначала в Германию, а затем в Швейцарию. Весной 1907 года в Цюрих за ним отправился и его младший брат Лев. Родные отправили юного Льва за границу после смерти матери, решив, что там ему будет лучше. В 1913 году Лев Маневич поступил в местный политехнический колледж, где очень быстро освоил разговорный немецкий. Отличное знание языка очень пригодится ему в дальнейшем в разведывательной работе. Там же, в Швейцарии, Лев Маневич выучил ещё два языка: французский и итальянский. На этих языках разговаривали в некоторых швейцарских кантонах, а у Льва обозначилась способность к изучению иностранных языков. Продолжали следить братья и за революционной повесткой дня. В Швейцарии они присутствовали на нескольких выступлениях Ленина. Революцию в России в 1917 году оба встретили с воодушевлением и уже летом того же года выехали на Родину. Как Лев Маневич стал разведчиком
По прибытии в Россию Лев Маневич быстро определился со своим будущим. После Октябрьской революции он добровольцем вступил в ряды Красной Армии, а в 1918 году и в ряды РКП(б), получив заветный партийный билет. Начавшаяся в стране гражданская война серьезно помотала Льва Маневича, забрасывая нашего героя в различные уголки бывшей империи. В 1918 году он был в Баку и успел повоевать в составе Первого интернационального полка против мусаватистов, а уже весной 1919 года сражался на Восточном фронте против войск адмирала Колчака. В годы гражданской войны Лев Маневич вел очень активную партийную работу во всех городах, где оказывался: в Баку, Уфе, Самаре. Гражданскую войну Маневич заканчивал уже комиссаром бронепоезда. Именно в это время своей жизни он встретит настоящего боевого товарища Якова Никитича Старостина. Именем этого человека через много лет после завершения гражданской войны Маневич представится, попав в нацистский концлагерь. Боевой товарищ из прошлого, чью биографию Лев Маневич припишет себе, в последний раз спасет ему жизнь.
Лев Маневич, в совершенстве владеющий иностранными языками, получивший образование в Швейцарии, отлично зарекомендовавший себя в боях, имеющий ранения и проливавший кровь за новую власть, не остался без внимания командования. После завершения гражданской войны его военная карьера шла по нарастающей. В 1921 году Маневич успешно окончил высшую школу штабной службы комсостава РККА, а в 1924 году — Военную академию РККА. Уже с августа 1924 года Маневич находился на службе в Разведывательном управлении РККА. В эти годы он был прикомандирован к Секретариату РВС Республики для особых поручений. Фактически все эти годы он занимался подготовкой к заграничным командировкам и разведывательной деятельности за рубежом. С 1925 по 1927 год находился в командировке в Германии. После возвращения в Советский Союз в мае 1927 года возглавил отдельный сектор в Разведуправлении РККА. Одновременно с этим в 1928 году успел пройти стажировку на должности командира стрелковой роты в 164-м полку, а после успешного окончания в 1929 году курсов, которые были организованы при Военно-воздушной академии имени Николая Егоровича Жуковского, в мае-октябре 1929 года стажировался в 44-м авиационном отряде. Всё это было необходимо для его будущей разведывательной работы в Европе. Основными точками приложения усилий разведчика должны были стать новые технологии в промышленности, особенно авиационной. Работа разведчика-нелегала
В конце 1929 года Лев Маневич отправится в свою разведывательную миссию, из которой уже никогда не вернется домой. Для успешной работы он легализовался в Австрии под вымышленным именем местного коммерсанта Конрада Кертнера, агентурным псевдонимом разведчика было имя Этьен. В Вене советский разведчик успешно легализовался, открыв собственное патентное бюро. Прикрытие было отличным и открывало доступ к новинкам европейской промышленности. При этом, будучи авиатором, имея необходимое образования и навыки, полученные во время учебы в СССР, новоиспеченный австриец Конрад Кертнер завел много полезных знакомств с летчиками, техниками, мотористами, наладчиками оборудования и некоторыми авиаконструкторами. Легализовавшись в Австрии, к 1931 году Маневич переориентировался на Италию, которая представляла огромный интерес для СССР. Военная разведка нуждалась в сведениях не только о состоянии вооруженных сил страны и переброске войск, но и о состоянии и возможностях итальянской военной промышленности, о военно-политических планах фашистской Италии. В 1931 году в Милане Конрад Кертнер с помощью своего знакомого итальянского авиационного инженера открывает новое патентное бюро «Эврика». С инженером разведчик познакомился на международной авиавыставке в Лейпциге, уговорил стать его своим компаньоном.
Этот период работы в Италии стал самым успешным для Этьена. В Ломбардии фирма «Эврика» представляла интересы ряда реально существующих австрийских, чешских, немецких фирм, которые были заинтересованы в поставках продукции на итальянский рынок. Успехом Кертнера был контракт с немецкой фирмой «Нептун», которая занималась выпуском аккумуляторов, к которым Советский Союз проявлял особенный интерес. Здесь же в Италии «австрийский бизнесмен» особенно пристально работал с новинками итальянской авиапромышленности и военного судостроения. Особый интерес для разведчика представляла крупная судостроительная компания «Ото Мелара». Для СССР легализовавшийся в Австрии и в Италии разведчик стал очень ценным сотрудником, поставлявшим в центр массу полезной для советской оборонной промышленности информации: чертежей, патентов, аналитических записок, планов. Только за 1931-1932 годы резидентура Льва Маневича, которая разрослась до 9 агентов-источников и трех вспомогательных агентов, привлекаемых к решению второстепенных задач, передала в Москву 190 ценных документов и донесений информационного характера. 70 процентов поступившей в Центр информации были оценены советским командованием очень высоко. Среди передаваемой информации были данные по авиационным двигателям, навигационным приборам, приборам, облегчающим пилотам полеты в условиях недостаточной видимости, информация о броневых сталях, новых образцах надводных кораблей и подводных лодок. Поток этой информации иссяк в октябре 1932 года. Один из завербованных агентов был раскрыт итальянской контрразведкой и раскололся. На встрече с Конрадом, на которой агент должен был передать австрийцу пакет чертежей нового самолета, «австрийского бизнесмена» задержали. Это произошло в Милане 3 октября 1932 года. Советского разведчика обвинили в военном шпионаже, взяв на месте с поличным. Из тюрьмы в концлагерь
Итальянская контрразведка и следствие так и не смогли выяснить настоящую личность Конрада Кертнера, свою принадлежность к советской разведке он не признавал. Само следствие шло очень долго, окончательное судебное решение и приговор были вынесены только в феврале 1937 года. Гражданина Австрии Конрада Кертнера приговорили к 16 годам тюремного заключения (позднее приговор будет снижен, но разведчика это уже не спасет). После вынесения приговора разведчика отправят для отбытия наказания в тюрьму Кастельфранко дель Эмилия. При этом на Родине уже во время следствия секретным приказом НКО СССР от 16 декабря 1935 года Маневичу, находящемуся в распоряжении Разведупра РККА, было присвоено звание полковника.
Находясь в тюрьме, Лев Маневич заразился туберкулезом. Весной 1941 года уже больного узника перевели на юг страны в каторжную тюрьму, расположенную на острове Санто-Стефано. В этой тюрьме Маневич пробыл до 9 сентября 1943 года. Остров был освобожден американскими военными, которые выпустили из тюрьмы часть узников, среди которых был и Маневич. Здесь история сыграла с разведчиком злую шутку. Вместо свободы он оказался в застенках гестапо. После освобождения Маневич с частью освобожденных узников на шхуне отплыл в итальянский город Гаэта, который лишь за день до их прибытия заняли германские войска.Всех прибывших узников немцы достаточно быстро отправили в концлагерь «Эбензее», расположенный на территории Австрии. Понимая, что в его легенду скорее всего не поверят, что его смогут раскрыть, в поезде по пути в концлагерь Маневич сменил свою куртку на куртку погибшего от тифа русского военнопленного Яковлева. По прибытии в лагерь он уточнил, что зовут его не Яковлев, а Яков Старостин, и в его имени просто произошла путаница. Здесь Маневич объединил биографию известного ему с гражданской войны боевого товарища с теми сведениями, которые успел узнать о погибшем военнопленном в поезде. Новая легенда не вызвала у эсэсовцев никаких подозрений, именно под именем Якова Старостина советский разведчик содержался в гитлеровских концлагерях. Помимо лагеря «Эбензее», это были лагеря «Маутхаузен» и «Мельк». В лагерях разведчик вел подпольную работу и, даже будучи тяжело больным, продолжал демонстрировать заключенным волю к сопротивлению и выдержку. Повторно был освобожден американскими войсками в начале мая 1945 года. Однако тяжелая болезнь и лагерные лишения сказали свое слово. Лев Маневич скончался 12 мая 1945 года и был похоронен в окрестностях Линца. Перед смертью он раскрыл свое настоящее имя и род занятий лагерному товарищу советскому офицеру Гранту Айрапетову.
В 1965 году Льву Ефимовичу Маневичу было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. В том же году его могила была найдена. Останки разведчика перенесли и торжественно перезахоронили на крупном мемориальном кладбище Санкт-Мартин в Линце, на котором захоронены павшие советские воины. Тогда же на могиле был официально установлен памятник с надписью: «Здесь покоится прах Героя Советского Союза полковника Льва Ефимовича Маневича».

Источник topwar.ru
Кнопка «Наверх»
Adblock
detector